Лилия Николаевна Замятина

Артистка

Дата рождения
19 мая

Место рождения
г. Менделеевск, Татарстан

Образование
Казанское театральное училище

В театре с 1998 года

Родилась в Татарстане, в городе Менделеевск. Ни театра, ни театральных училищ там не было. Осознанного стремления стать актрисой Лилия Замятина поначалу тоже не испытывала. В Казанское театральное училище поехала за компанию с подругой, не волновалась, не строила планов – и поступила.

Первыми педагогами были Марина Копчикова и Евгений Кузин, на тот момент действующие артисты Казанского академического театра имени Качалова. Но настоящим учителем стал Борис Цейтлин, главный режиссёр Казанского ТЮЗа, куда Лилия Замятина устроилась после училища.

В 1996 году здание театра пострадало во время пожара, после чего труппа была вынуждена выступать на других площадках. Борис Цейтлин поехал в Челябинский ТЮЗ – со своими актёрами и «золотомасочным» спектаклем «Буря». С коллегами и мужем туда поехала и Лилия Замятина и вскоре вошла в труппу Театра юных зрителей в Челябинске.

Прямая речь

Если ты играешь отрицательного персонажа, ты должен не только понять природу его поступков, но и принять её. Иначе будет сложно. Как человек ты можешь относиться к этому по-другому, но как актёр должен понять и принять.

Является ли стремление нравиться сутью актёрской профессии? Не думаю. Людям в принципе свойственно стремление нравиться, быть лучше, чем они есть на самом деле. И это правильно, это нормально. У меня, наверное, отсутствует желание нравиться. Вернее, я об этом не думаю. Главное для меня – то, что происходит на площадке.

Спектакль – это целое. Его нельзя разрушать своим непониманием, непринятием, эмоциями. «Ой, на меня не так посмотрели, не то сказали – я теперь буду нос воротить и всё формально делать». Нет. Ты на сцене должен спектакль играть, а не думать о себе лично. Я своё личное задвигала куда подальше – и вперёд. Потому что это профессия.

Борис Цейтлин – самый важный режиссёр в моей творческой биографии. Для него важнее всего был спектакль. Да, он мог быть жёстким, но это не на пустом месте происходило. Бывает, человек кричит, но таким образом он побуждает тебя стремиться к его уровню, пытается всеми способами тебя поднять.

Режиссёр должен понимать, чего он хочет. Даже не так – не понимать: должно сочетаться и то, что в голове, и то, что в сердце. Мне важно, чтобы это было обращено к человеческим чувствам, вызывало эмоции. Хотелось бы, чтобы режиссёр понимал, чем он хочет увлечь зрителей, что передать им и что получить в ответ. Это должна быть личность, которая может вести за собой, которой хочется доверять.

Актёр себе роль не выбирает. Ему её либо дают, либо нет. Есть ли у него тема и как он её выразит – второй вопрос. Мне кажется, актёрам должны быть интересны разные вещи. Чем больше диапазон вопросов и интересов, тем лучше. А тема может меняться в зависимости от возраста, событий в жизни, того, что тебе кажется сегодня важным.

Мне доставляет удовольствие выходить на сцену. Там я могу всю энергию, которая во мне есть, отдать людям. Это потребность – делиться. Было бы по-другому, я бы, наверное, не осталась в театре.

Студенткой я два месяца подрабатывала лаборантом, делала несложные анализы. Это был ужас! Каждый день одно и то же. Главным событием смены был обед! Я считаю, что я счастливый человек: для меня обед не главное. Главное – это репетиции, спектакли.

Мне кажется, у человека есть потребность иногда уйти в другую реальность, отключиться от собственной жизни, нырнуть в другую. Театр – самое живое, что даёт такую возможность. Там можно опосредованно проживать коллизии, плакать, смеяться, чтобы быть готовым к тому, что происходит в реальной жизни.

Театр – это волшебство. Оно не всегда случается. Бывает, и пьеса замечательная, и актёры хорошие, а волшебство не происходит. И наоборот: на коленке что-то сделали, хи-хи, ха-ха – и получилось. Это нельзя запрограммировать, спрогнозировать.

Любовь – это смысл жизни. Другого нет. Хочется всегда находиться в этом состоянии, когда мир становится другим: как будто не только ты любишь другого, но и всё вокруг любит тебя. И тогда всё наполняется смыслом. К сожалению, мы не можем заставить себя полюбить. Испытывать любовь – большая радость. Жалко, что этого мало.

Состояние свободы зависит от самого человека. Можно заковать его в кандалы, не давать воды, еды, но личную свободу, если она есть внутри, не отобрать. Никто не отберёт у тебя ни твои мысли, ни твоё отношение к людям, к жизни. В этом свобода, а не в том, что ты можешь пойти куда хочешь, купить что хочешь.